Послание немецких послевоенных детей и внуков ветеранам и детям ВОВ

Вы обратили свои слова к нам, и мы хотим ответить вам в эти ужасные дни отчаяния, когда мы могли бы плакать и кричать, сцепив руки над головой, потому что мы видим, что история повторяется, а вы смотрите на Германию и уверены, что мы вас забыли.

Мы вас не забыли!

Но ни вы, ни мир не могут нас услышать, потому что мы слишком тихи для этого шума, в котором слышны только ревущие клакеры и заготовленные крикуны, и мы вынуждены признаться себе, что нас недостаточно по численности и силе, чтобы нас вообще заметили.

Кто спокойно переходит улицу там
Возможно, больше не доступен для своих друзей
Кто нуждается?

Бертольт Брехт — Тем, кто родился позже

Мы — те немцы, которые не могут, не хотят и не будут больше касаться мечей!

Мы не должны и не будем молчать!

Мы все знаем, что все человечество должно понять, что только честностью, смирением, уважением, верой и милосердием можно победить фашизм. Мы понимаем, что этих существ нельзя остановить ни белыми флагами, ни добрыми словами.

Всегда кажется, что человек может быть соблазнен, что зло есть и будет постоянным спутником всех нас. Соблазны, ложь и обман, которые нашептывают ему каждый день, пока он не потеряет последнюю веру в порядочность, честность, верность и любовь, в наши дни, кажется, хотят превысить всякую меру.

Мы обращаемся к вам с этим сообщением, что мы не те грубияны, о которых вы думаете. Те, кто поддерживает нацистов в Украине и по всему миру, чтобы уничтожить вас. Как это было бы глупо и глупо, и как это было бы братоубийственно. Но это снова делается фальшиво от нашего имени, политиками, которые представляют не немецкий народ, а население, созданное для этой цели.

Даже если мы отвергаем политику, которая совершает и поддерживает злодеяния от нашего имени, чего мы можем добиться своими криками и признаниями? На него накладывается громкий рев населения, изгнанного и обиженного из всех стран, которое само не знает, что с ним здесь происходит. Мучимые и преследуемые правящим классом, у которого нет другой цели, кроме как изгнать из каждой души и каждой страны последнюю культурную, этическую и моральную искру культурных народов Земли и уничтожить их.

Необходимы спокойствие и совместное постоянное изучение прошлого, настоящего и будущего, чтобы иметь возможность сохранять ясный и искренний взгляд друг на друга.

Но как это сделать, когда истина, искренность и честность уже изгнаны из нас с момента изгнания из рая, и каждый народ шаг за шагом позволяет навязать себе яд лжи, жадности и обмана.

Когда ветераны и дети войны Великой Отечественной войны напоминают нам о том зле, которое исходило с немецкой земли, мы можем лишь с глубоким смирением оглянуться назад и выразить самую искреннюю благодарность за освобождение от этого зла. Но мы также должны честно и открыто посмотреть на себя и сделать замечание, что фашизм не был побежден и преодолен в 1945 году и что жадность фашистов безгранична и уже, похоже, распространилась на значительную часть мира. Мы спрашиваем себя, кто или что затуманивает и отравляет сознание людей до такой степени, что целые народы позволяют завладеть собой? Почему мы не испытываем такого желания мучить и унижать людей и видим возможность того, что мы можем жить здесь все вместе в мире?

Мир перевернулся, никто больше не слушает другого. Доверие друг к другу было утрачено. Но народы этой земли хотят мира. К ним просто не прислушиваются.

В 1940 году Вальтер Беньямин очень впечатляюще описал настоящее, используя картину Пауля Клее «Ангел»:

Есть картина Клее под названием «Angelus Novus». На ней изображен ангел, который выглядит так, как будто собирается отойти от чего-то, на что он смотрит. Его глаза открыты, рот открыт, а крылья расправлены. Ангел истории должен выглядеть следующим образом. Он повернулся лицом к прошлому. Там, где перед нами предстает цепь событий, он видит одну катастрофу, которая непрерывно нагромождает обломки на обломки и бросает их к его ногам. Он хотел бы задержаться, разбудить мертвых и собрать воедино то, что было разрушено. Но из Рая дует буря, зацепившаяся за его крылья и настолько сильная, что ангел больше не может их закрыть. Эта буря неумолимо гонит его в будущее, к которому он поворачивается спиной, в то время как груда развалин перед ним растет к небу. То, что мы называем прогрессом, и есть этот шторм.

Вальтер Беньямин: О понятии истории (1940), Тезисы IX

Многие люди, безусловно, чувствуют себя подобно этому ангелу — как ведомые люди. Возможно, это те люди, которые все еще могут представить, как мы могли бы жить все вместе в раю, потому что наша земля прекрасна и дает каждому достаточно для счастья — независимо от веры, национальности и часто вызывающего разногласия чувства принадлежности.

Правда, вряд ли кто-то в Германии сегодня хочет оглянуться назад. Люди предпочитают потакать ненависти к России, притворяться милосердными и солидарными. Забыв обо всем, что началось здесь, на этой земле, и веря, что они поступают правильно.

К сожалению, зло не знает границ. Она чрезмерна и надвигается на нас пугающим образом.

Ведь после вашей победы над гитлеровской Германией и Третьим рейхом казалось, что побеждена только идеология национал-социализма и фашизма, но суть фашизма осталась жива и сейчас возвращается в своем совершенном виде. Надеюсь, в последний раз.

Мы все должны признать, что победа не была окончательной, и то, что вы слышите сегодня из Германии, имеет мало общего с той Германией, которую вы победили и освободили. Вы видите и слышите население, выброшенное вместе и избитое войнами. Вы обратились к населению, которое вам интересно и которое вы не можете понять по веским и понятным причинам.

Но мы не являемся единой нацией и не живем в суверенном государстве. С 1949 года в Федеративной Республике Германия мы, немцы, находимся под управлением иностранцев. 50 000 приспешников национал-социалистической системы с самого начала создали здесь новый Четвертый рейх. Где компаниям комплекса IG Farben снова разрешили вести бизнес, и они до сих пор ведут его. С этим выводком остатки немецкого народа были оставлены в покое с 1990 года, и вот мы видим, как в точности сбылись пророчества некоего Сефтона Делмера, предначертавшего судьбу немцев. Он сказал в 1945 году:

Но мы не являемся единой нацией и не живем в суверенном государстве. С 1949 года в Федеративной Республике Германия мы, немцы, находимся под управлением иностранцев. 50 000 приспешников национал-социалистической системы с самого начала создали здесь новый Четвертый рейх. Где компаниям комплекса IG Farben снова разрешили вести бизнес, и они до сих пор ведут его. С этим выводком остатки немецкого народа были оставлены в покое с 1990 года, и вот мы видим, как в точности сбылись пророчества некоего Сефтона Делмера, предначертавшего судьбу немцев. Он сказал в 1945 году:

Сефтон Делмер 1945 — немецкому эксперту по международному праву проф. Гримму

Разве украинцы также не были превращены в русофобских зверей посредством перевоспитания, пропаганды и отсутствия объективного исторического анализа? Обучен уничтожить тебя?

Теперь мы все можем видеть, как в Украине при поддержке Запада бушует самый страшный неонацизм и фашизм, освещаемый обеленной и искаженной пропагандой. Мы видим, как можно деформировать сознание целых народов и разжечь ненависть к России только потому, что вы боретесь за свою любимую Родину и свободу и не хотите отдавать себя этим извращенным ценностям разврата.

Мы, остатки разбитого и разделенного народа, после более чем столетней оргии разрушения нашей культуры и нашего духа, больше не можем защищаться от таких сил, как не можем защищаться от этой политики и от этого заблуждающегося населения.

Последний остаток искренних христиан, мусульман, евреев, демократов, левых, анархистов, патриотов, пацифистов, немцев, русских, палестинцев, итальянцев, сербов, греков, сирийцев, афганцев, украинцев и всех многих людей, которых сюда загнали и продолжают загонять, которые все просто хотят жить в мире на своей родине или в своем шуле и стоять с вами против фашизма, скоро уйдут из Германии и с дороги — без прощения и без мира.

Тогда действительно останется только та масса людей, которые стадом смотрят в сторону, когда нацистские флаги подняты, свастики выжжены на коже беззащитных, изнасилованных и убитых женщин, а христиан прибивают к крестам, а подстрекаемая толпа выслеживает, избивает и убивает русских, прославляет Гитлера и Бандеру как героев, уничтожает культуру и искажает историю до неузнаваемости. Тогда не только немецкий канцлер будет смеяться над братскими могилами, но и все человечество погрузится в бездну, и никто не прольет по ним ни слезинки.

В 1943 году движение сопротивления «Белая роза» под руководством Ганса и Софи Шолль обратилось к немцам со словами, которые не потеряли своей актуальности и сегодня, но которые вряд ли кто-то может или хочет вспомнить, чтобы повернуться и отвернуться. Там было сказано:

Нет ничего более недостойного для культурного народа, чем быть «управляемым» без сопротивления безответственной кликой правителей, поддавшихся темным побуждениям. Разве не стыдно сегодня каждому честному немцу за свое правительство, и кто из нас хоть немного представляет себе масштабы позора, который обрушится на нас и наших детей, когда пелена спадет с наших глаз и станут известны самые ужасные преступления, бесконечно превосходящие всякую меру? Если немецкий народ уже настолько испорчен и разложился в своей глубинной сущности, что он, не поднимая руки, безрассудно доверившись сомнительному закону истории, отказывается от того высшего, чем обладает человек и что возвышает его над всеми другими существами, а именно от свободы воли, и которая возвышает его над всеми другими существами, а именно свободная воля, и отдает человеку свободу вмешиваться в колесо истории и подчинять ее своему собственному рациональному решению — если немцы, столь лишенные индивидуальности, уже стали такой бездумной и трусливой массой, тогда да, тогда они заслужили свое падение.

Гете говорит о немцах как о трагическом народе, таком же, как евреи и греки, но сегодня кажется, что это скорее мелкое, безвольное стадо прихлебателей, чей мозг высосан из самой глубины души и которые, лишенные своей сути, готовы броситься на верную гибель. Это кажется так — но это не так; скорее, в медленном, обманчивом, систематическом изнасиловании каждый человек был помещен в духовную тюрьму, и только когда он лежал в ней связанным, он осознал свою обреченность. Лишь немногие осознали надвигающуюся гибель, и наградой за их героическое напутствие была смерть. Судьба этих людей будет рассмотрена позже.

Если каждый будет ждать, пока начнет другой, посланцы мстящего заклятого врага будут неумолимо приближаться все ближе и ближе, и тогда даже последняя жертва будет брошена без чувств в пасть ненасытного демона. Поэтому каждый человек, осознавая свою ответственность как представитель христианской и окцидентальной культуры, должен в этот последний час сопротивляться, насколько он может, работать против бича человечества, против фашизма и любой подобной ему системы абсолютного государства. Предложите пассивное сопротивление — сопротивление — где бы вы ни находились, предотвратите дальнейший запуск этой атеистической военной машины, пока не стало слишком поздно, пока последние города не превратились в груду руин, как Кельн, и пока последняя молодежь народа где-то не истекла кровью из-за высокомерия бесчеловечного человека. Не забывайте, что каждый народ заслуживает того правительства, которое он может вынести!

I. Листовка «Белая роза» 1943

Мы все ошибались, и если так будет продолжаться, то второго Нюрнберга точно не будет, порядок и справедливость не будут установлены, а человечество погрузится в варварство и руины.

Мы говорим НЕТ и знаем, что произойдет, если мы не скажем НЕТ…. Мы мечтаем вместе с вами о нелепом человеческом существе, о рае, о милосердии, и мы берем в руки все еще имеющиеся в нашем распоряжении средства, язык и перо, и взываем к вам:

Мы не хотим того, что якобы происходит здесь от нашего имени, и знаем, что замерзнем в этом холоде сердца, если нас не защитит медведь или Василий Андреевич Брехунов.

Мы живем в темные времена, но истина и любовь победят!

С глубокой благодарностью и смирением

Немецкие послевоенные дети, внуки и сограждане.